Спортсмены большую часть жизни тратят на тренировки, а когда наступает время уходить из спорта, не всегда сразу себя находят. В этом смысле фигуристу Алексею Тихонову повезло. Соревнования — позади. Но благодаря многочисленным ледовым шоу он не перестает быть востребованным.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СПОРТА

Алексей Тихонов в газете АиФ-ЗдоровьеАлексей, когда смотрите на спортсменов, которые выступают, сердце не щемит, что «большой спорт» у вас остался позади?

Оно щемило, и сильно, особенно в первые месяцы после ухода. Тогда постоянно тянуло на ледовую поляну, хотелось на соревнования. Сейчас уже не щемит, просто неровно бьется, когда смотришь чемпионаты. Но к этому добавилось невероятное облегчение от того, что ты через это уже прошел и в твоей жизни наступил новый этап, когда нужно заниматься другим.

Когда уходили из спорта, было четкое представление, что дальше?

Я уходил в неизвестность. Это теперь есть возможность ездить по стране с показательными выступлениями и ледовыми шоу, радовать зрителя. А тогда мы и не подозревали, что наш «фигурнокатательный» век продлится так долго. У фигуристов обычно какие перспективы? Либо за границей кататься в шоу, либо дома тренировать — растить новых чемпионов. Мне не хотелось заканчивать с катанием. Так что проекты Ильи Авербуха на Первом канале появились как нельзя кстати.

В перспективе рассматриваете возможность тренерской карьеры?

Я рад, что тренерская деятельность не случилась сразу после большого спорта. Только получив опыт в телешоу, где мы занимались со звездами кино, театра, эстрады, музыки ежедневно в течение 3—4 месяцев, я ощутил, как это непросто — обучать фигурному катанию. И хотя все мои партнерши были амбициозны, талантливы и трудолюбивы, мы проводили на катке огромное количество времени, изучая и повторяя элементы, пока они не получатся. Уверен, что этот опыт поможет мне в дальнейшей тренерской деятельности, если я когда-нибудь на нее решусь.

ОТЦОВСКОЕ СЧАСТЬЕ

Вы бы могли тренировать Полину или собственного ребенка тренировать невозможно?

Начну с того, что ни я, ни Маша не хотим заставлять Полину заниматься фигурным катанием. А если она захочет, думаю, тренировать ее будем не мы. Тренер иногда должен быть с учениками строгим и даже жестким. Я, может быть, и смогу быть строгим со своей дочерью, но жесткости мне точно не хватит. Так что нет, тренировать собственную дочь я не буду.

pt_press_design_58x700Мария Петрова и Алексей Тихоновpt_press_design_175x700

Алексей, вы постоянно в разъездах. Такие важные моменты в жизни дочери, как первое слово, первые шаги, застали?

Да, мы были рядом, когда Полина произнесла первые слова, сделала первые шаги. Когда я услышал ее первый крик, еще за дверью в роддоме, было такое чувство… Осознаешь, что это твоя частичка, теперь будет с тобой рядом и всегда в твоем сердце. А когда дочь говорит «папа», я просто не могу передать словами, что со мной происходит. Бывает, подойдет, обнимет — и все, папа пропал. (Смеется.) А когда мы в разъездах, нам помогают наши с Машей мамы, мы им очень благодарны.

ЗОНА КОМФОРТА

Чувствуется, что вы балуете дочку.

Угадали! Это мама у нас строгая, а я балую. Прощаю мелкие шалости. Хотя приходится иногда включать строгость — ругаю «за дело», но чувствую себя при этом очень неуютно. Понимаю, если не объяснять, что можно, а что нельзя, она быстро сядет на шею всем, и папе в том числе.

pt_press_design_58x700Мария Петрова и Алексей Тихоновpt_press_design_175x700

Алексей, вы родом из Самары, Мария из Санкт-Петербурга. Почему решили обосноваться в Москве?

Здесь наша основная работа: и телепроекты, и показательные выступления, и ледовые спектакли. Москва — не лучший город для жизни в плане экологии и пробок, но нам не надо в час пик ехать на работу, график более гибкий — если выдался выходной, можем днем пойти в парк на прогулку или выбраться в центр. То есть успеваем посмотреть по сторонам и увидеть другую Москву, у которой есть свой стиль и душа.

ИСКУССТВО БЫТЬ ВМЕСТЕ

Алексей, легко ли быть рядом с таким человеком, как вы?

Открою вам небольшой секрет. В спорте, на тренировках, я постоянно шумел на Марию, порой даже кричал. Рабочие ссоры переносил и за пределы катка — приходил домой и продолжал выяснять отношения. Маша была со мной терпелива, и я ей за это очень благодарен. Она объяснила мне, что рабочие проблемы можно оставлять на работе, а дома спокойно общаться, просто жить и наслаждаться тем, что рядом с тобой любимый человек.

pt_press_design_58x700Мария Петрова и Алексей Тихоновpt_press_design_175x700

Вы вместе работаете, вместе ездите на гастроли, дома тоже вместе. Как вы друг другу не надоедаете?!

Когда мы с Машей, начав кататься вместе, стали понимать, что у нас появились чувства друг к другу, я был категорически против отношений за пределами катка. Мне казалось, это неправильно: люди, которые работают вместе, не должны жить под одной крышей. Но со временем я изменил свою точку зрения — понял, что можно быть вместе и на работе и дома. Важно доверять человеку, уважать его мнение и оставлять ему личное пространство. Если, к примеру, Маша хочет встретиться с подругами, никогда ей этого не запрещаю. Или если я хочу почитать книгу или посмотреть телевизор, Мария никогда не скажет: «Нет. Пошли со мной в магазин». Но это не означает, что каждый делает только то, что хочет. В этом-то и смысл — тебе оставляют личное пространство, но и ты идешь на уступки, главное — слушать и слышать, что тебе говорит твой любимый человек.

Какой фразой вы могли бы описать главный принцип своей жизни?

Недавно перечитывал роман братьев Стругацких «Трудно быть богом», в котором Румата, главный герой, говорит: «Счастлив тот, кто думает о других». По жизни я встречал не так много людей, которые руководствуются этим принципом. Но моя мама тому пример, и в том числе по этой причине я бы хотел быть на нее похожим.

Наталья Кожина

АиФ-Здоровье, N 46 (920), 15-21 ноября 2012