Мария Петрова и Алексей Тихонов, ученики Людмилы Великовой, катаются вместе всего — то около двух лет. Но титулов у них предостаточно. В 1999 году ребята выиграли чемпионат Европы в Праге, а годом позже стали чемпионами мира. Правда, и на той «Европе», и на «мире» не выступали их основные соперники — двукратные чемпионы мира Елена Бережная и Антон Сихарулидзе. Более того, совсем недавно Маша с Алексеем узнали, что получат золотые медали европейского первенства этого года! Международный союз конькобежцев дисквалифицировал Бережную на три месяца за то, что ее биопроба, взятая во время чемпионата Европы — 2000, дала положительный результат на запрещенный препарат.

Алексей Тихонов: Признаться, мы не рады этим медалям, потому что не выиграли их в честной борьбе. Нам очень жаль, что Лена с Антоном не смогли выступить. Они великие спортсмены. И для нас большая честь соперничать с ними. К тому же хотелось обыграть их хотя бы раз. Точнее, попытаться это сделать. Перед произвольной программой я встретил Сихарулидзе в лифте, он пожелал мне удачи. Больше ни его, ни Бережную не видел, они сразу же, насколько я знаю, улетели в Америку.

— По логике к вам перейдут и призовые деньги за первое место.

А.Т.: Не в этом суть… Повторю, не мы их заработали.

— Может, в таком случае оставите их Лене и Антону?

А.Т.: Хм… Интересное предложение. Но дело в том, что наши призовые, видимо, достанутся полякам Дороте Загорске и Мариушу Сюдеку, которые автоматически становятся вторыми.

— Если не ошибаюсь, ваша пара образовалась случайно?

Мария Петрова: Не совсем так. Три с половиной года назад Людмила Георгиевна пригласила Лешу к себе в группу. Мы начали кататься вместе.

А.Т.: Но меня хватило на один месяц, после чего я пропал! Ушел по-английски. Мне до сих пор очень стыдно за тот поступок. Великова так волновалась! Даже хотели вскрывать дверь моей квартиры.

— Где же вы скрылись?

А.Т.: В Англии, улетел в ледовый театр Татьяны Тарасовой «Все звезды». С моей любимой в ту пору девушкой Инной Волянской стал солировать во втором составе в спектаклях «Золушка» и «Красавица и чудовище». Меня манила профессиональная карьера. До этого я выступал за Японию с очаровательной партнершей Юкико Кавасаки, которую учил парному катанию. Тяжело было выступать в роли играющего тренера. Но мы, считаю, добились для Страны восходящего солнца хороших результатов — однажды стали пятнадцатыми на чемпионате мира…

Но, знаете, я скучал по соревнованиям, атмосфере, царящей в большом спорте. Я вообще люблю жить на грани риска: борьба за медали, на мой взгляд, дает такие ощущения. И я понял, что должен уйти от Тарасовой. Позвонил Маше Петровой и спросил: мол, примет ли она меня обратно? Она девушка очень обязательная — ответила, что у нее есть другой партнер — Теймураз Пулин, поэтому возрождение нашего альянса, наверное, невозможно. Но Пулину по определенным причинам вскоре пришлось уйти. Мне сообщили об этом, и я тотчас прилетел в Санкт — Петербург. Уехали тренироваться в Швецию, а осенью начали выступать на этапах «Гран — при», один даже выиграли. В общем, пара «получилась»!

— Маша, вы ведь раньше катались с Сихарулидзе. Были чемпионами мира среди юниоров, однако в феврале 1996 года он в одночасье бросил вас, встав в пару с Бережной. Так?

М.П.: Это не он меня бросил. Мы оба решили, что лучше нам не кататься вместе. Правда, Антон не сдержал своего слова, ушел накануне турнира «Столетие на льду», хотя мы договорились о том, что выступим. Конечно, было очень обидно!

— Бережная-Сихарулидзе быстрее набирали обороты. Завидовали бывшему партнеру?

М.П.: Нет! Просто я переживала, что как бы топчусь на месте и сдвигов в моем катании не происходит. Но я тренировалась и тренировалась. Счастлива, что из этого вышел толк.

А.Т.: Машка — «трудоголичка». Порой ее с катка не выманишь, она готова ночевать на ледовой площадке. И мне приходится пахать внеурочно, не оставлять же девушку одну.

— Если бы Антон снова позвал вас в пару, согласились бы?

М.П.: Ни за что!

— Кто лидер в вашей паре?

А.Т.: Пожалуй, я. Маша чувствует во мне лидера, потому что я прошел большую школу. Единственное, что я потерял, — время.

— То есть в профессионалах вы скорее что — то приобрели, нежели потеряли?

А.Т.: Да. Тарасова помогла мне раскрепоститься. Я и не знал, что смогу так выразить себя.

— Вам не хотелось попроситься к ней в группу, она же вернулась в спорт вскоре после вас?

А.Т.: Я даже имел с Татьяной Анатольевной разговор по этому поводу: думал, что, возможно, буду кататься с чемпионкой мира 1996 года Мариной Ельцовой, которая рассталась тогда со своим партнером Андреем Бушковым. Но наше сотрудничество не сложилось. Марина вернулась к Андрею. Я позвонил Тарасовой, объяснил ей ситуацию. Она сказала: «Ну ладно, ничего страшного».

— Вы жили в Японии, Англии, России. Какая страна вам ближе?

А.Т.: Я патриот. Мне нравится жить в моей родной стране, хотя тут сегодня много проблем. До недавнего времени называл себя бомжом: родился в Самаре, родители там, позже наездами жил то за границей, то в Москве, то в Санкт-Петербурге. Наконец недавно купил в Питере квартиру.

— А у вас, Маша, есть собственное жилье?

М.П.: Нет пока, но собираюсь приобрести. Живу с родителями.

— Простите, это правда, что у вас роман?

М.П.: Правда. Леша — замечательный. Носит меня на руках. Дарит цветы. Огромные букеты ромашек или васильков: я обожаю полевые цветы.

— А вы что ему дарите?

М.П.: Что-нибудь из техники.

— Чем еще вас сразил Алексей?

М.П.: Тем, что он добрый, сильный и мужественный. Он защитник. Любой женщине приятно почувствовать себя беззащитной, маленькой и капризной. Хотя бы иногда.

Дарья Сребницкая, «Версты»